Статьи "Независимых гидов"
Соловецкая сельдь: деликатес "с историей"

О. Е. Кодола Соловецкая сельдь: деликатес "с историей"

Библиотека


Статьи "Независимых гидов"

Природа и архитектура Соловецкого монастыря в описании паломников конца XIX - начала XX века


Соловки являются одним из крупнейших исторических центров национальной самоидентификации. Сочетание историко-культурных и духовных ценностей делает эту территорию объектом национального наследия России. Аттрактивность островов определяется архитектурными памятниками и природой, страницами истории, связанными с периодом деятельности Соловецкого лагеря особого назначения. Православных паломников влекут сюда духовные устремления.

 Соловки практически всегда были местом духовных изысканий человека. Об этом непростом пути свидетельствуют и загадочные языческие святилища с каменными лабиринтами, и становление и развитие Соловецкого монастыря, и даже в лихую годину Соловецкого лагеря, где были уничтожены тысячи людей, духовные изыскания заключённых-верующих не прекращались. Потому, естественно, что для духовного и культурно-исторического наследия Соловков формообразующими являются православная вера и русская монашеская культура. Именно памятники Соловецкого монастыря (Соловецкий историко-культурный комплекс) включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.[1]

История Соловецкого монастыря является длительной страницей в истории островов, с которой непосредственно связана культурная традиция, формировавшая ландшафт и его ценности. Духовно-символическое пространство островов складывается из совокупности материально-символических (храмы, реликвии, памятники-символы, сакральные места) и нематериальных (верования, законы, топонимы, предания и т.п.) феноменов религии (духовной культуры), формирующей облик исторической территории. [2] 


Духовно-символическое пространство включает в себя определенную географическую территорию, границы которой легко определяются. Для Соловков — это территория всего архипелага. Соловецкий архипелаг хорошо защищен от интенсивного антропогенного влияния с севера — бурным и негостеприимным Баренцевым морем, с востока и юга — обширными лесами и болотами Поморья, с запада — суровым Мурманом и границей с Финляндией.

При освоении архипелага на природные факторы накладывались духовные законы и ограничения, определяющие формирование духовно-символического пространства и возможность его воспроизводства. На территории монастыря действовали локальные законы и правила, определявшиеся его Уставом — Типиконом: существовали вполне определенные ограничения на хозяйственную деятельность, регламентировалось пребывание паломников на территории архипелага.

Туристическая и паломническая топография архипелага включает в себя систему размещения историко-культурных и природных объектов, несущих символические функции и служащих материальной основой организации духовно-символического пространства музейного комплекса. Священная топография Соловецкого монастыря складывается из мест расположения храмов, часовен, келий отшельников, поклонных и памятных крестов, мест упокоения святых, монастырских кладбищ, священных источников, памятных мест.[3] Духовная история фиксируется в летописях,  исторических грамотах, рукописях, книгах и устных преданиях, памятных знаках и топонимике.[4]

Упорным трудом братии и трудников на протяжении пяти веков постепенно менялась природа архипелага. На обширной площади в три сотни квадратных километров, со всех сторон огражденной морем, Соловецкая обитель создавала мир иного бытия, особое духовно-символическое пространство, преображавшее и очищавшее душу, являвшее образец сотрудничества человека с природой в духе замысла Божия. Уже с XVI в. создавались трудом монашеской братии уникальные природно-хозяйственные системы, которые ныне служат образцами современного «экологического подхода» к освоению природы. 


В рамках данной статьи нас особенно интересуют такие направления деятельности монастыря, как:
природопользовательская деятельность;
возведение строений и сооружений, необходимых для осуществления повседневных функций обители, которые ныне особо выделяются деятелями культуры и получают статус «недвижимых памятников архитектуры, истории и культуры»;
создание в ходе жизнедеятельности монастыря территориальных культурно-природных объектов (скиты, пустыни, тони, природно-хозяйственные системы и т.д.), которые ныне особо выделяются деятелями культуры и именуются «культурными ландшафтами».

Представление об этих направлениях деятельности в полной мере можно получить из воспоминаний насельников и паломников. Несмотря на свою отдаленность и суровые климатические условия, Соловецкий монастырь дважды в истории России (в XVI и XIX веках) становился центром различных культурных и технических новшеств, являясь центром притяжения православных изо всех уголков России. Слава монастыря отражалась в воспоминаниях, но как судьбы и социальный статус людей, посещавших Соловки, были разными, так и воспоминания различны по своей сути.

Конечно, наиболее полно отношение к Соловкам было выражено уже во второй половине  XIX века: после публикации игуменом Досифеем «Географического описания Соловецкаго монастыря», и участия Соловецкого  монастыря в военном эпизоде с обстрелом англичанами, взор к Соловкам обратила царская семья, а позже – интеллигенты: писатели, фотографы, художники.

Именно они в полной мере смогли описать и передать то присущее Соловкам единение человеческого и божественного творения, которое до сих пор не перестаёт поражать гостей острова. Писатель и журналист В.И. Немирович-Данченко, брат основателя Московского художественного театра, посетивший Соловки в 1872 году, так описывал свои впечатления:

«Все рассказы о видах отсюда оказались бледным, ничего не говорящим очерком великолепной действительности. Все четыре окна колокольни были рамками несравненных картин.

Весь Соловецкий остров раскидывался далеко внизу, со своими лесами, озёрами, полянами, церквами, скитами, часовнями и горами. Какие нежные переливы красок, какие мягкие изгибы линий! Тут – тёмная зелень соснового леса, там изумрудный простор пойменного луга и повсюду – серебряные щиты изящных озёр! Эти – точно искры на зелёном бархате. Берега острова резко очерчивались перед глазами, как на карте, но каждый пункт их был отдельной изящной картиной.
Там – группа скал, обрыв, тут – длинный мыс, поросший щетиною тёмного леса. Там – зелёная отложина, нечувствительно сливающаяся с морем, тут – последнее глубоко врезывается в землю, образуя в ней внутренние озёра, едва заметными проливами связанные с громадным водяным простором.
Сначала глаз был поражён только целым ансамблем этого чудного неописуемого ландшафта, но потом, мало-помалу, стали выделяться его детали. Эти золотящиеся лесные дороги – они, словно змеи, извиваются в чаще, то пропадая в ней, то вновь выбегая прихотливыми линиями. Вот белые церкви. Они рассеяны повсюду. Как малы и как изящны они отсюда. Вот по лесам блестят и лучатся золотые искры. Всмотритесь – это кресты застрявших в глуши часовен. Вот на зелёной бархатной лужайке раскинулось стадо оленей. Глаз едва различает их с этой высоты. Но как хороши гребни этих холмов, этот чудный воздух, это безбрежное море кругом.
Засияла розовая заря. Сотни озёр, раскинутых внизу, вспыхнули разом. Глаз нельзя было отвести от них: точно со всех концов запылали бесчисленные костры – по всем лесам, полям и лугам острова. Вершины леса также были охвачены этим сиянием. Море вокруг райского уголка сияло пурпуром, золотом и лазурью. Казалось, небо укрыто жемчужными тучками, море с его неугомонными волнами и земля с её божественными дарами оспаривали пальму первенства друг у друга… 
Вокруг всего острова лежала тоже огнистая полоса… Белые церковки стали розовыми, пурпурными. Кто бы не стал поэтом лицом к лицу с такою идеальной красавицей, какова эта неотразимо прекрасная природа!» [5]
В своих воспоминаниях Немирович-Данченко особенно акцентировал внимание читателя на поражающей своей гармонией вписанности соловецких церквей в окружающий природный ландшафт: 
«Дорога прямой колеёй взвивается на неё: лес направо и налево раздвинулся и образовал гигантскую аллею, доходящую до самой вершины горы, и там, на крайней точке, на высоте воздушной, словно вися в лазури недосягаемого неба, сияет Секирный скит, заканчиваясь лёгким, необыкновенно красивым абрисом колокольни, - всё это до того призрачно, всё это словно плавает в пространстве, кажется, дунет ветер и разом унесёт это обаятельное видение.
Что поражает больше всего – это неожиданность таких художественных моментов. Идёшь, ничего не ожидая, и вдруг перед тобой раскинется такая картина, что в первую минуту не сообразишь, где ты, что с тобой, не мираж ли это величавый – воздушный силуэт монастыря, повисший в вышине голубого неба?». [6]


Надо сказать, что применительно к Соловкам редко какое описание архитектурных достопримечательностей не затрагивает окружающего пейзажа и наоборот, что ещё раз доказывает редкое совершенство и единство искусственных и естественных соловецких объектов.
Два основных момента сразу бросаются в глаза всем прибывающим на архипелаг, во-первых, удивительная красота природы, а во-вторых, монументальность соловецких крепостных стен, и это положение вещей не меняется из века в век.

Поэт и журналист Константин Константинович Случевский в 1885 году посетил Соловецкий монастырь в свите великого князя Владимира Александровича, а позже (в 1888 г.) опубликовал свои воспоминания.
«Над гранитной набережной, в недалёком расстоянии от берега, высились циклопические монастырские стены и три выходящие на эту сторону башни: Флаг-мачтовая, Арсенальная и Прядельная; между ними чётко выделяясь аркой, прикрывающей образ Нерукотворного Спаса, обозначились Святые ворота. За стенами, вплотную, одна к другой, теснились церкви монастырские: Успения, или Трапезная, Никольская, Троицкая – Зосимы и Савватия, Преображенский собор и крайнею вправо, немного в стороне, - Больничная. Золочённых маковок нет – все они зелёные; с наружной стороны Святых ворот пестрели тремя красками, расположенными шахматами, два массивных столба весьма сложной профили, напоминающие древнеиндийские храмы Эллоры; пёстрые фрески глядели на нас поверх каменной монастырской ограды со стен собора.»[7] 

И ещё из него же: «Центральные здания монастыря, представляющиеся внушительной громадою, окружены, как известно, знаменитой стеной, сложенной в 1584 г. Монахом Трифоном, «довольно искусным в военном деле». Стене этой как раз 300 лет от роду, и она непоколебима своими десятиаршинными камнями и восьмью башнями; длина её одна верста; в воротах помещены модели тех кораблей, на которых приезжал в монастырь Пётр Великий».[8]

Дыхание истории на Соловках всегда чувствовалось особенно остро, не преминул отметить это и В.И. Немирович-Данченко: «Прямо поднимались старинные, из громадных валунов сооружённые стены. Это постройка циклопов. Несколько башен, высоких, с остроконечными павильонами на верхушках, были сложены из тех же колоссальных камней. На высоте в стенах и башнях чернели узкие щели бойниц… Древностью, целыми столетиями веяло отсюда. …От каждого камня веяло былиною, каждая пядь земли попиралась героями нашей ветхозаветной истории И теперь настолько же массивны и недоступны эти стены.»[9]

Монахи сумели оптимально подстроить природные ландшафты для своих хозяйственных нужд, не нарушая при этом общей гармонии пространства. Эта их удивительная практическая сметка восхищала не только крестьян, но людей далёких от бытовых забот.

«В доки проведены каналы из Святого озера и из резервуара мельницы. Весь этот водоворот стремится в шлюзы и с громом наполняет бассейн доков. Когда вода поднимется до определённой высоты, ранее введенный в постоянный бассейн пароход ставится в брусья и потом вода спускается.  Через Святое озеро и резервуар Св. Филиппа в доки идёт вода восьмидесяти озёр. Канал, который проводит воду в шлюзы, движет также и машину лесопильного завода.»[10]

И ещё: «Монахи умеют пользоваться местностью. По склону, едва заметному, некогда бежал ручей из одного внутреннего озера в другое. Тонкая струя воды -  и только. Казалось, она ни к чему и не пригодна. Какой-то послушник расчистил берег ручья, углубил его ложе и выровнял его: незначительный сток обратился в узенький канал. Монастырь и тут не упустил случая воспользоваться силою воды и устроил в одном месте точильню, а в другом пункте водоподъёмную машину. Точильня состояла из большого ворота, движимого водой. В здании водоподъёмной машины посредством несложных механизмов вода поднималась вверх на высоту четырёх аршин. Лошадь с бочкою подъезжала под кран, которым заканчивался желоб, и струя отвесно подала сверху. И легко, и просто, и удобно.»[11]
Понимание культурно-исторической ценности Соловков приводит к тому, что в 1967 г. в целях сохранения уникального комплекса памятников истории и культуры и природных ландшафтов Соловецких островов на архипелаге организуется Соловецкий музей-заповедник (СГИАПМЗ).

В настоящее время наряду со вниманием, уделяемым реставрации нескольких отобранных архитектурных памятников, необходимо зафиксировать негативный, продолжающий усиливаться процесс деградации культурного ландшафта и всех его составляющих. Идеология потребления ресурсов наследия должна уступить место процессам его созидания, возрождения, грамотного освоения ради его устойчивого использования и поддержания жизнеспособности. При этом недопустимы действия, снижающие аутентичность и целостность ландшафта.
Очевидно, что ценности наследия в современных условиях очень хрупки, и ситуация может измениться очень быстро. Экономические факторы, развитие коммуникационных технологий, мода и другие причины могут за весьма короткий период как поставить Соловки под угрозу, так и дать им весьма многообещающую перспективу. При этом надо помнить, что изначально Соловки предназначены для самоуглубленной работы, погружения в  историю нашего государства.
Проблема сохранения целостности Соловецкой святыни, ее исторической аутентичности осознаётся государством как задача особой важности, и это проявляется в пристальном внимании со стороны официальных властей к ситуации на Соловецком архипелаге.



[1] Столяров В.П. Некоторые подходы к анализу историко-культурного пространства территории (на примере Соловецкого архипелага) // Панорама культурной жизни стран СНГ и Балтии. Информкультура РГБ. М., 1996. Вып.1. С. 17-21.
[2] Столяров В.П. Судьба Соловецкой святыни. // Альманах «Соловецкое море». № 1. 2002 г. С. 69.
[3]  Матонин В.Н. Онежское крестьянство в XII — первой трети XX вв. (Религиозный уклад). Автореф. дис. канд. ист. наук. Архангельск, 2000. С. 22-23.
[4] Вячеслав Столяров Судьба Соловецкой святыни. // Альманах «Соловецкое море». № 1. 2002 г. С. 70.
[5] Немирович-Данченко Вас. И. Беломорье и Соловки. Воспоминания и рассказы. Киев, 1892. С. 300-301.
[6] Там же. С. 297.
[7] Часть суши, окружённая небом: соловецкие тексты и образы. / Е.Г. Водолазкин, О.Г. Волков, А.А. Савкин, Е.Г. Тарло. – СПб.: Logos, 2011. С. 97.
[8] Там же. С. 149.
[9] Немирович-Данченко Вас. И. Беломорье и Соловки. Воспоминания и рассказы. Киев, 1892. С. 224.
[10] Немирович-Данченко Вас. И. Беломорье и Соловки. Воспоминания и рассказы. Киев, 1892. С. 272.
[11] Там же. С. 248-249.

Автор:  Т. Исаченко
Год издания:  2014

Возврат к списку


Наши книги

Острова Соловецкие
Г. А. Богуславский

Острова Соловецкие

1966

>>Скачать

Открытие царства Московии по Северо-восточному пути
Адамс Клемент

Открытие царства Московии по Северо-восточному пути

>>Скачать

Описание Березовского края
Абрамов

Описание Березовского края

1857

>>Скачать

Все книги